- Такое отношение к Кутузову связано не только с ним. столько в Кутузове. История самая политизированная из наук, поэтому отношение к историческим событиям и персонажам во многом определяется политическими соображениями и зависит от экономической ситуации в стране. Культурная память народа трансформируется вместе с обществом, подчиняясь законам его развития и проходя периоды культурного «забывания» и «припоминания».
В 1812 году Кутузова назначили главнокомандующим, потому что это была устраивающая всех фигура или больше некого было? Ведь были переговоры с французским генералом Моро, англичанином Веллингтоном. «Публика желала его назначения, я его назначил. Что же касается меня, то я умываю руки», – сказал Александр своему генерал адъютанту Комаровскому.
Для такого ответственного поста, как единый главнокомандующий, необходимо было «имя», которому бы все безоговорочно доверяли. Генерал-фельдмаршалы Н.И.Салтыков, получивший чин по прихоти императора Павла I и не имевший с 1770 г. боевого опыта, и И.В. Гудович, отказавшийся от всех должностей по болезни, не принимались в расчет. Генерал Н.М.Каменский, на которого возлагались большие надежды, и который был специально вызван с Дуная, умер в 1811 г. так и не прибыв к армии. Генералу А.М.Римскому-Корсакову общественное мнение не смогло простить разгром под Цюрихом в 1799 г. Генерал Л.Л.Беннигсен не внушал царю особого доверия после поражения под Фридландом в 1807 г. Любимец царя адмирал П.В.Чичагов, специально посланный главнокомандующим на турецкий театр военных действий для получения лавров «победителя турок», опоздал к заключению мира. Поэтому еще задолго до начала войны стали искать командующего среди иностранцев: велись переговоры с Моро и Бернадотом (оба отказались), намеревались также обратиться к Веллингтону, но он командовал армией в Испании. Кутузов же, только что вернувшийся с победоносно завершенной им турецкой войны, был действительно устраивающей всех фигурой, поскольку для общего командования требовались опыт командования армией и старшинство в чине (в списке генералов на 1812 г. Кутузов был восьмым, причем из генералов «старее» него боевой опыт имел только А.Г.Розенберг, но он был сильно болен). Немаловажным фактором в условиях идущей Отечественной войны являлось то, что Кутузов носил исконно русское имя и умел находить подход к солдатам, которые его любили.
Насколько велика его роль в поражении под Аустерлицем?
Хотя Кутузов и был номинальным командующим, но при Аустерлице действиями союзных войск фактически руководил император Александр, который больше доверял советам своих молодых «друзей». Вряд ли какой-нибудь другой генерал на его месте стал бы перечить императору и доказывать, что принятое высочайшее решение неверно. Для того чтобы осторожно, не навлекая на себя гнев, убедить императора изменить план сражения требовалось время, которого у Кутузова в сложившейся ситуации не оказалось.
Почему единый военачальник был назначен так поздно, после нескольких месяцев войны?
Вероятно, причиной отсутствия к началу войны в русских армиях единого главнокомандующего было простое стечение обстоятельств и нерешительность царя. Может быть, Александр надеялся сам стяжать себе лавры «победителя Наполеона». К началу Отечественной войны 1812 года в каждой армии был свой главнокомандующий, а общее руководство осуществлялось из императорской главной квартиры. В первые месяцы войны, когда военные действия велись армиями отдельно, вопрос о едином командовании стоял не так остро, как после соединения армий Барклая де Толли и Багратиона под Смоленском.
Насколько велика была в войну 1812 года роль главного военачальника?
Или она была во многом ритуальной? И все зависело от генералов, выучки солдат.
27 января 1812 года было введено в действие «Учреждения для управления Большой действующей армии», в котором были подробно расписаны права и обязанности главнокомандующего армией, которому на время военных действий подчинялись не только войска, но и гражданские чиновники в губерниях, затронутых военными действиями. К сожалению, в этом документе вообще не была предусмотрена ситуация, когда на театре военных действий находилось несколько самостоятельных армий, поэтому каждый главнокомандующий армией (М.Б.Барклай де Толли, П.И.Багратион, А.П.Тормасов и П.В.Чичагов) был самостоятельным, и отчитывался о своих решениях и действиях только перед императором.
Очень часто историки пишут, что Кутузов своим появлением поднял боевой дух в войсках. Насколько это соответствует действительности, и насколько было важно для тогдашней армии.
Кутузов был мастером пиара (как сейчас говорят): его дружеское приветствие войскам «С такими молодцами, да отступать», ручной орел, которого зафиксировали многие очевидцы, парящий над головой генерала, и другие «мелочи» создавали в простых солдатах уверенность в победе над врагом. О поднятии боевого духа в войсках говорит даже поговорка, распространившаяся в армии сразу по приезде главнокомандующего: «Приехал Кутузов бить французов». В условиях военных действий начала XIX в., когда стрелковое оружие было далеко от совершенства и зачастую многое решалось в рукопашном бою, боевой дух воинов оказывал решающую роль на результаты такого боя.
Был ли Кутузов в человеческом смысле приятным человеком? Глинка описывал, например, что Кутузов ежедневно ездил к фавориту Екатерины Платону Зубову, так сказать, часами высиживал в приемной, чтоб быть приглашенным к столу, сам даже вызвался варить кофе... Такой вот угодливости Суворов не позволял.
К личности Кутузова нельзя применять современную мораль – Кутузов был человеком XVIII в., а тогда действовали другие правила взаимоотношений. Причем он был не простым генералом, но и дипломатом и царедворцем. Эпизод с кофейником, подносимом по утрам Зубову, вырывают из контекста и доказывают этим угодливость и раболепие Кутузова перед фаворитом императрицы. При этом как-то опускается, что кофе в те времена только входило в рацион светского общества, а Кутузов, недавно вернувшийся из Турции, был практически единственным в окружении императрицы, кто умел его правильно готовить. Поэтому он и приносил Зубову по утрам кофейник со свежим кофе, который фаворит подавал в постель императрицы.
Бородино. Наполеон против Кутузова. Настроен ли был Кутузов хотя бы не проиграть битвы, не побежать, опасаясь гения Наполеона? И тогда, получается, что свою задачу минимум он выполнил? На что он рассчитывал, как врал царю, что «кончилось тем, что неприятель нигде не выиграл ни на шаг земли»?
Нельзя согласиться, что Кутузов «врал царю» о результатах Бородинского сражения – французы в конце битвы, в самом деле, оставили все занятые ими с таким трудом русские позиции и отступили на несколько миль. Целью же сражения для Кутузова, которую он выполнил, было не допустить разгрома армии и, по возможности, минимизировать потери. Кутузов, как опытный военачальник, дипломат и царедворец, понимал, что царь, армия и общество ждут генерального сражения. Поэтому он не мог не дать такого сражения – вопрос был только где и когда.
Тарутинский маневр, оставление Москвы – насколько все это было придумано Кутузовым заранее? Или это гениальные находки?
Хотя история не любит сослагательного наклонения, но зная способы ведения войны Кутузовым, можно с большой долей вероятности предположить, что если бы он прибыл к армии еще до Смоленска, то он увел бы французов на юг (по «следам» армии Карла XII) и Москва бы не пострадала. После Царева-Займища поворот русской армии на юг ничего не давал в плане защиты древней столицы: рассчитывать на решительную победу в генеральном сражении, после которой французы побегут из России, не приходилось, поэтому судьба Москвы была предрешена – она должна была стать той губкой, которая бы впитала в себя поток наполеоновского нашествия, той искупительной жертвой, принесенной на алтарь победы. Мимо Москвы Кутузов пройти уже не мог, поскольку только ушедшие вслед за армией из города несколько сотен тысяч жителей, за которыми последовали французские войска, позволили русской армии незаметно перейти с Рязанской дороги на Калужскую и оказаться на фланге наполеоновской армии. Кутузов был мастер маневра, что он блистательно подтвердил и при Рущуке, и при движении к Тарутинскому лагерю.
Пишут, что в ходе переговоров в Тарутинском лагере с французами Кутузов хотел (мог) вести свою игру и подписать мир с Наполеоном. Мол, царь далеко, не вмешается, а вся слава ему достанется, и армия будет рада окончанию войны и не пойдет против него. И только вмешательство офицеров помешало осуществлению этого плана. Насколько это соответствует действительности?
Такие утверждения из разряда домыслов и вымыслов. Кутузов, лучше, чем кто-либо, понимал, что ему не простят не только заключения мира с Наполеоном, но и даже перемирия. С другой стороны, совсем не принять Лористона противоречило замыслу Кутузова усыпить бдительность Наполеона и заставить его как можно дольше находиться в Москве.
Непонятная задержка, в результате которой главная армия вообще не успеет к Березинской переправе – есть ли в этом вина Кутузова?
В этом вопросе не все так однозначно, как может показаться на первый взгляд. С одной стороны, Кутузов не хотел помогать Чичагову добывать лавры победителя Наполеона, сделав всю предварительную «грязную» работу. С другой стороны, под непосредственным распоряжением фельдмаршала были только гвардия, кирасирский и гренадерский корпуса, то есть элита русской армии. Остальные войска были выделены в состав многочисленных авангардов, летучих корпусов, самостоятельных колонн и отрядов. При этом наполеоновские войска отступали так быстро, что русские с трудом могли их догнать. И прав был Кутузов, не давая изнурять свои войска только для того, чтобы еще раз сразиться с французами, – они и так бы все погибли от голода и холода.
Существует знаменитая надпись на наградном списке рукой Суворова: «Он шел у меня на левом фланге, но был моей правой рукой». Это про штурм Измаила, в котором Кутузов командовал. Насколько тут поэзии, а насколько правды?
Кутузов действительно сыграл немаловажную роль во взятии Измаила. Когда колонна Кутузова, шедшая на штурм крепостного вала, дрогнула, Суворов прислал Кутузову приказ о назначении его комендантом еще не взятой крепости. Кутузов правильно понял намек, и его войска первыми ворвались в крепость.
«Примечание о пехотной службе вообще и о егерской в особенности» – единственный труд Кутузова – чем это объясняется? Нечего было ему сказать, мало что внес в военную науку и теорию?
Не следует принижать значение этого труда Кутузова, по которому обучались егерские части русской армии в конце XVIII – начале XIX в. Причем создан он был задолго до того, как французы «изобрели» любимую Наполеоном тактику колонн и рассыпного строя, и во многом предвосхищал ее.
Тарле пишет про Кутузова, что «по своим стратегическим и тактическим дарованиям, просто по размерам этих дарований не равен Суворову и подавно не равен Наполеону». Насколько справедлива эта оценка? Какое место занимает Кутузов в плеяде русских военачальников по гамбургскому счету?
Для понимания приведенной фразы необходимо учитывать условия, в которых Тарле писал эти строки, – в предвоенные годы для обоснования усиления своей единоличной власти Сталину нужен был панегирик про Наполеона. Когда, после начала войны, потребовалась опора на героическое прошлое России и отношение «вождя народов» к Кутузову изменилось, поменялось и отношение историков к фельдмаршалу: Кутузов стал героем, причем «на две головы выше» Барклая.
МНЕНИЯ О КУТУЗОВЕ
«Этот человек был большой краснобай, постоянный дамский угодник, дерзкий лгун и низкопоклонник. Из-за фавора высших он все переносил, всем жертвовал, никогда не жаловался и, благодаря интригам и ухаживанию, всегда добивался того, что его снова употребляли в дело, в ту самую минуту, когда он считался навсегда забытым…».
Москва и двенадцатый год в записках графа Ф.В.Ростопчина.
«Кутузов был человек умный, но хитрый <...>. Говорили, что он был упрямого нрава, неприятного и даже грубого, впрочем, что он умел в случае надобности обласкать, вселить к себе доверие и привязанность. Солдаты его действительно любили, ибо он умел обходится с ними. Кутузов был малого роста, толст, некрасив собой и крив на один глаз».
Записки Николая Николаевича Муравьева-Карского
Повязка Кутузова
Кутузов никогда не носил повязок на глазу. Несмотря на то, что правый глаз после ранения в голову у Кутузова видел хуже, но он не скрывал его повязками. Впервые «одноглазый» Кутузов появился в 1944 г. в художественном фильме «Кутузов». Затем повязку на правый глаз Кутузова надели режиссеры-постановщики музыкального фильма-комедии «Гусарская баллада» (1962 г.), что является искажением исторической действительности.
