Чтобы нашим двум атаковать одного неприятельского флагмана, назначены были корабли «Рафаил» с «Сильным», «Селафаил» с «Уриилом» и «Мощный» с «Ярославом». Флот наш шел на неприятельскую линию попарно. Турки, быв под ветром, открыли огонь в дальнем расстоянии и действовали беспрестанно. Передовой корабль «Рафаил», с великим терпением, выдержал огонь всей неприятельской линии, не прежде открыл свой, как достигнув на самоближайшее расстояние; но сей корабль, имея задние паруса сильно обитые, и не могши удержаться на ветре, очутился в линии неприятельской между Капитан-Пашинским и Капитана Бея кораблями, потом прорезал линию, и сражаясь на оба борта скрылся в дыме. Прочие пять наших кораблей, подошед на пистолетный выстрел, привели к ветру, сомкнули линию так тесно, что бушприты задних лежали на корме передних и атаковали трех неприятельских флагманов. Когда таким образом в 8 часов утра началось сражение в средине неприятельской линии, Главнокомандующий с кораблем «Скорым», спускаясь на передовые Турецкие корабли и фрегат, приказал Контр-Адмиралу Грейгу с кораблем «Еленою» , напасть на авангард неприятельский, где были еще один корабль и два больших фрегата. «Твердый» пришед перед линию, скоро сбил фрегат, потом напав на следовавший за ним корабль, принудил его лечь в дрейф и сим движением остановил всю неприятельскую линию; тогда корабль «Рафаил» показался проходящим из подветра и хотя паруса у него много были обиты, но весьма исправно действовал своею артиллериею. Когда «Рафаил» прошел передовой Турецкий корабль, то сей, будучи сильно избит, начал спускаться, чтобы действовать вдоль по «Рафаилу», но Адмирал наш, успев придти перед неприятельскую линию, остановил сие движение его, и начал действовать левым бортом вдоль всей их линии. Когда первые два корабля, лежавшие на дрейфе, стали от него спускаться, тогда корабль Капитан-Бея пришелся носом противу борта «Твердого», и в самое короткое время был сбит и лишен остальных парусов и реев. Корабль «Скорый, преследуя сбитые «Твердым» корабли, став между ними, вступил с тремя кораблями и фрегатом в неравный бой; один из них показал желание идти на абордаж, но «Скорый» картечным и ружейным огнем, столь много побил у него людей, что неприятельский корабль принужден был отступить и думать о своей безопасности. Потом бывшие в арьергарде Турецкие корабля и фрегат обошли с подветра защитить бывшие в деле передовые корабли; наш Адмирал немедленно привел свой корабль несколько к ветру, напал на первый корабль с носу, скоро остановил его и все другие за ним следовавшие. Сими смелыми подвигами Адмиральского корабля, неприятель сверх того сильно теснимый с ветру прочими нашими кораблями, на расстоянии самом решительном, с половины 10-го часа начал уклоняться от сражения, и направил путь прямо на берег к Афонской горе, конечно в том предположении, чтобы спасая токмо себя, корабли предать огню…
