Россия исторически формировалась как полиэтничное и поликонфессиональное государство. Её история началась в 862 году, когда при участии и со взаимного согласия представителей славянских и финских племён был заключён договор с варягами и призван на княжение Рюрик.
В течение дальнейшей, более чем тысячелетней истории страны происходило включение в её состав новых народов и земель их проживания. И если в западном направлении Москва собирала территории, утраченные в период монгольского нашествия, то в восточном продвижение шло путём включения земель и народов, не имевших устоявшейся государственности. Фактически можно говорить о юго-восточном фронтире по аналогии с тем, как в США в XIX веке осваивался «Дикий Запад». Правда, есть и существенная разница. Западный фронтир сопровождался истреблением индейцев ради новых поселенцев, в то время как русский фронтир имел целью включение в состав Русского царства в первую очередь людского потенциала кочующих по Великой степи народов и племён. А защита от набегов как главная забота государства, только что вышедшего из-под ордынского ига, стимулировала строительство укреплённых городов, объединявшихся в стратегические линии. Другим принципиальным отличием от европейской колонизации стал её государственный характер. Как утверждает профессор Университета Лойолы в Чикаго Майкл Ходарковский: «В этом смысле, вопреки общественному мнению, русские „опередили“ европейцев, которые лишь в XIX веке стали в полной мере использовать государственную машину для присоединения заморских владений».
Существенное расширение страны произошло при Иване IV Грозном. При нём территория страны увеличилась вдвое, а границ в европейском понимании, подобных тем, что существовали на западных рубежах, на юге и востоке так и не возникло. Эта ситуация положила начало той полиэтничности и многоконфессиональности, которые сохранились и по сей день.
Возвышение Москвы совпало с падением Орды, распавшейся на несколько улусов, начавших междоусобные войны. Вопрос получения ярлыка на правление в Великом княжестве Московском ушёл в далёкое прошлое, а традиционная дань превратилась в дотации для враждующей между собой знати из числа Чингизидов. Причём деньги и подарки распределялись русскими послами исходя из лояльности вождей кочевников Москве. Многие представители элиты мигрировали и поступали на службу к царю. У других брали наследников (аманатов), из которых взращивали на русской службе будущих правителей. Причём в России они получали в управление целые города и волости. Лояльность Казанского ханства определялась в подмосковном Касимове. Прямые наследники крымского хана Гирея владели Калугой, Каширой и другими городами. Элиты крымцев, ногайцев, калмыков, башкир, казахов делились на прорусские партии и их разношёрстных оппонентов. При этом, заключая договоры (шерти) о лояльности Москве, они несли формальные обязательства не нападать друг на друга. Ситуация несколько изменилась после Смутного времени. По времени оно совпало с началом расширения влияния Османской империи. Порта делала ставку на общность религии и помощь единоверцам в борьбе с христианами. Крым сразу вошёл в зону интересов Стамбула и из верного союзника превратился в главного организатора набегов на южные рубежи Русского царства.
Это привело к изменению политики в отношении и оседлого, и кочевого населения. И. Т. Посошков, первый русский экономист и меркантилист, обратился к Петру I с предложением о необходимости изменения политики на юго-востоке империи. Он противопоставил слабую миссионерскую деятельность русских активности католиков и мусульман. Особой критике подверглась Православная церковь за неспособность привлечь нерусских к христианству. И хотя он закончил свою жизнь в Петропавловской крепости за свои сочинения, марийцы, мордва, черемисы, чуваши, удмурты и многие другие народы приняли православие во многом по его инициативе. Пётр повелел миссионерам учить местные языки, тогда же появились и первые словари, ибо цивилизовать «диких непросвещённых людей» предстояло на их же языках. В 1740 году для централизации миссионерской деятельности была создана Контора новокрещенских дел. Правление Елизаветы Петровны из-за турецкой угрозы стало прямым копированием действий инквизиции по христианизации мусульманского населения (хотя до ужасов пыток времён Реконкисты никогда не доходило). Кроме того, специально для калмыков буддизм в России получил официальное признание в 1741 году, когда указом императрицы Елизаветы «ламаистская вера» была признана одной из государственных религий.
Однако уже при Екатерине II, после ряда убедительных побед над Блистательной Портой и присоединения Крыма, ситуация меняется. Угроза экспорта политического ислама исчезла. И императрица в 1764 году издаёт указ, возвращающий толерантное отношение к иноверцам на позиции XVI века. Контора Елизаветы, устроенная по европейскому образцу, была закрыта.
Политика Екатерины II была направлена на привлечение на территорию империи различных народов с сохранением их религиозных традиций и языков. Её правительство совершило одну ошибку, не поверив в возможное переселение калмыков из России в завоёванное империей Цин Джунгарское ханство. Это было последнее переселение народа в Великой степи, и для поддавшихся китайским уговорам калмыков оно закончилось трагически («Пыльный поход» 1771 года). В его преддверии в 1764 году Екатерина II учредила пост Хамбо-ламы, который стал главой буддистов Забайкалья и Сибири. Впрочем, об этом она никогда не сожалела.
Первый полный арабский текст Корана был напечатан в России в 1787 году. Указом императрицы Екатерины II от 22 сентября 1788 года в г. Уфе было создано Духовное магометанское управление (Оренбургское магометанское духовное собрание), чем было положено начало оформлению официальных исламских институтов в России. В 1878 году в России был опубликован первый перевод Корана с арабского на русский язык, выполненный Г. С. Саблуковым, что стало значительной вехой в знакомстве русского общества со священной книгой мусульман. За сто лет до этого ислам активно распространялся среди казахов и киргизов проповедниками из Казани. Екатерина II вместо логики религиозного противостояния занялась «социальной архитектурой» по превращению кочевников в землепашцев. На смену политике «разделяй и властвуй» в отношении элит пришло ещё и манипулирование противоречиями между простонародьем и аристократами.
При императоре Александре I в 1822 году был издан «Устав об управлении инородцев», в котором были сохранены некоторые элементы обычного права, что легло в основу системы управления коренными народами Сибири и Дальнего Востока на многие десятилетия вперёд. Однако победа над Наполеоном сыграла злую шутку в политике на Кавказе. Казалось, что любые вопросы Россия теперь может решать с помощью армии. Весь предыдущий опыт был как будто забыт. И как результат, начавшиеся в 1817 году военные действия на Северном Кавказе продлились до 1864 года. Сыграл большую роль и фактор дервишей-суфиев, создавших новое религиозное течение — мюридизм. При этом дервиши были изгнаны на Кавказ как агенты влияния Стамбула и Петербурга из шиитской Персии после её поражения в прямом столкновении с Россией (1828 год) из-за Восточной Армении. Полное военное превосходство русских не приносило победы. Лишь приход к власти Александра II позволил вновь вернуться к традиционной русской национальной политике и замирению в Дагестане и Чечне. Но к концу войны с Кавказа в Турцию переселилось значительное количество черкесов, а в ответ в нынешнем Краснодарском крае расселились армяне (их переселением занималась ещё Екатерина II), вскоре окончательно обрусевшие. Но это не мешает сегодня некоторым деятелям в Ереване считать эти земли частью Великой Армении.
Вышеприведённые примеры показывают, что правители Российской империи понимали важность признания, наряду с православием, иных верований, сохранения культурной самобытности народов как основы единства российского общества и Российского государства. А наряду с российским христианством в стране возник и российский ислам.
Идеологической основой государственной национальной политики следующего — советского — периода российской истории было марксистско-ленинское учение, которое декларировало равенство всех наций и право наций на самоопределение. Господствующей идеологией стал государственный атеизм (вера в то, что Бога нет). Ключевыми принципами национальной политики провозглашались уничтожение национального неравенства и гнета, обеспечение развития всех наций и народов на основе интернационализма, а также дружба народов. Эти принципы были закреплены в законодательстве и отражены в практике национальной политики. Главным итогом нациестроительства должно было стать построение советского государства, формирование новой исторической общности людей — советского народа.
Первым актом Советского правительства,в котором был затронут национальный вопрос, стала «Декларация прав народов России» (2 (15) ноября 1917 года), провозгласившая равенство и суверенность народов России, их право на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства. Конституция РСФСР 1918 года определила федеративное устройство государства. Конституция СССР 1924 года закрепила правовое равенство народов.
В ходе реализации политики национального размежевания происходило выделение в составе единого советского государства национальных административно-территориальных единиц (союзных социалистических республик, автономных ССР, автономных областей и округов). 16 советских социалистических республик, созданных между 1917 и 1940 годами, были национальными республиками, обладали конституционно равными правами и равным положением в формальной структуре государственной власти. При этом многие этнические группы стали нациями в порядке, опережающем исторический ход собственного развития; некоторые нации создавались искусственно. Из-за этого возникли проблемы с проведением административных границ или приписыванием населения поселений, а то и районов к титульной нации административного образования. Некоторые народы разделялись. Так, среднеазиатское ираноязычное население было выделено в нацию таджиков.
Осетины были разделены между двумя административными образованиями, а адыги — на адыгейцев, кабардинцев и черкесов. Другие народности, наоборот, сливались в одну нацию. Так, сваны и мингрелы были присоединены к грузинам, а мокшане и эрзяне — к мордве. При проведении национально-территориального размежевания не все границы были проведены в точном соответствии с национальным составом соответствующих территорий. В результате значительное число лиц той или иной национальности оказалось за пределами своих титульных образований (например, таджики, составлявшие до 90 % населения Бухары и Самарканда, остались в Узбекской ССР). Выравниванию экономического и культурного уровней развития народов способствовала проводимая в Советском Союзе в 1920– 1930-е годы политика коренизации, которая заключалась в подготовке и продвижении на руководящие должности представителей местных (коренных) национальностей, развитии национальных языков и культур, внедрении языков национальных меньшинств в делопроизводство и образование, поощрении издания СМИ на местных языках. Но при этом дискриминированным во вновь созданных союзных республиках оказалось русское население. Без знания местного языка нельзя было оставаться даже на самой мелкой административной должности. Особенно сложно было на Украине, где население всех городов было русскоязычным, а восточные области республики не говорили по-украински, хотя и значились по паспортам украинцами. В сообщениях ОГПУ отмечалось, что люди охотно поют песни на украинском языке, употребляют слова и выражения из него в быту, но категорически отказываются использовать его на рабочих местах. Причём в донесениях речь шла о пролетариате... Украинизация высшего образования вызвала студенческие волнения в университетах Харькова, Киева и Одессы.
По задумке В. И. Ленина и чуть ли не единственного поддержавшего его из руководства большевиков И. В. Сталина, выбранные для ускоренной коренизации народы СССР должны были пройти неизбежный исторический этап развития на пути к интернационализму — возникновение национального самосознания. Как отмечал Сталин: «Нельзя идти против истории». Принятой политикой коренизации большевики брали под контроль национальные процессы и направляли их в нужное для социалистического строительства русло. По их мнению, поддержка национальных форм должна была идти на опережение попыток контрреволюции мобилизовать население под националистическими лозунгами. По Ленину, национализм «угнетенных народов» — это реакция на репрессивную политику царизма и главную опасность — «великорусский шовинизм». А коренизация должна была возвратить доверие нацменьшинств к русскоязычным большевикам для построения светлого будущего.
Однако прошло более десяти лет, а Украина так и не заговорила по-украински. На провал лингвистической украинизации повлияли как сопротивление русских и русскоязычных украинцев в компартии и городах, так и выдвинутый Сталиным приоритет экономической и социальной политики по сравнению с национальной.
Несмотря на то что политика коренизации после начала индустриализации была свернута и на смену ей пришли централизация государственного управления, русификация образования и делопроизводства, советское правительство продолжало уделять большое внимание сохранению и развитию этнокультурного многообразия страны (гарантировалась возможность получения образования на родном языке, некоторые титульные языки получали статус государственных, телеи радиовещание, издание газет и журналов осуществлялись в том числе на языках народов СССР).
Следует отметить, что в течение всего советского периода важную роль в подготовке научной и творческой интеллигенции, инженерных и военных кадров, создании высокотехнологичной промышленности, развитой инфраструктуры, национальных научных и культурных учреждений союзных республик, автономных республик и областей сыграл русский народ. Русская культура и русский язык продолжали играть объединяющую роль в многонациональном советском государстве.
Впрочем, практика реализации государственной национальной политики в советский период имела и ряд существенных негативных последствий. К таким последствиям, как показала постсоветская история, привели массовые депортации крымских татар, немцев, чеченцев, ингушей, калмыков и других народов. То, что приветствовалось в период «коренизации», неожиданно стало объектом борьбы с «национал-уклонизмом» и послужило поводом для репрессий против национальных элит. Но самое печальное, что, несмотря на все усилия советского государства по выравниванию уровня экономического развития советских республик, в реальности этот разрыв сохранялся. Это подпитывало почву для возникновения и роста этнического национализма и сепаратизма и фактически ставило под сомнение ленинскую национальную политику. При этом наиболее значимым является то, что сама идея этнической федерации, которая реализовывалась советскими лидерами, изначально таила в себе угрозу распада страны, поскольку строилась на принципах этнически разделённого общества. Усиленное внимание советского правительства к развитию национальных республик, что имело обоснование в контексте советской идеологии и положительно сказалось на уровне жизни проживающего в них населения, одновременно создавало опасность роста национализма и сепаратизма в среде национальных элит.
Распад Советского Союза прошел по административным границам бывших союзных республик. Еще до дезинтеграции начались этнические конфликты в Карабахе, Абхазии, Южной Осетии, Приднестровье, Ферганской долине… Русские из титульной нации в бывших союзных республиках превратились в объект нападок, а то и погромов. Политику русофобии на себе почувствовали и другие национальности – татары, башкиры, евреи, аварцы, буряты и многие другие… И поток беженцев потянулся на «историческую родину». 25 декабря 1991 года Верховный Совет РСФСР утвердил закон «Об изменении названия государства Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика». Было установлено новое название государства – Российская Федерация (Россия). Начался современный этап российской истории.
Осетино-ингушский конфликт, первая и вторая чеченские кампании, подготовка и переброска на территорию России международных террористов и наемников, попытки вторжения боевиков в Дагестан — вот далеко не полный перечень внешних и внутренних угроз для России в 90-е годы XX века. Наша страна стояла перед серьезными вызовами, которые ставили вопрос не только о дальнейшем пути развития, но и о самом существовании многонационального и многоконфессионального Российского государства.
Первым нормативно-правовым документом в сфере государственного регулирования межнациональных отношений в современной России стала Концепция государственной национальной политики Российской Федерации (утверждена Указом Президента РФ от 15 июня 1996 года № 909).
Концепция была призвана стать ориентиром для органов государственной власти при решении насущных задач национального развития и регулирования межнациональных отношений.
В ней была предпринята попытка осмысления новой исторической ситуации, в которой оказалось Российское государство и общество после распада Советского Союза, были предприняты усилия по поиску синтеза различных подходов к национальному вопросу, в том числе с сохранением многих достижений советской национальной политики.
Обострение ситуации в сфере межнациональных отношений в разных регионах страны в 2000-е годы потребовало найти баланс между этнической и гражданской идентичностью, разработать меры, которые бы позволили укрепить гражданское самосознание и единство многонационального народа Российской Федерации.
Среди наиболее резонансных событий в сфере межнациональных отношений в этот период — массовые беспорядки и межнациональные столкновения в городе Кондопоге (Карелия) в августе 2006 года, которые переросли в погромы и митинги; беспорядки в Москве на Манежной площади в декабре 2010 года, где собралось около 20 тысяч футбольных болельщиков, недовольных ходом расследования убийства фаната «Спартака»; конфликт в посёлке Сагре, недалеко от Екатеринбурга, между жителями посёлка и цыганами в 20 1 году. Таков далеко не полный перечень конфликтов на национальной почве, который свидетельствует об отсутствии системной работы по предупреждению и недопущению межнациональных конфликтов на разных уровнях власти в тот период.
В 2012 году началось принятие тех системных решений, которые определили на десятилетия вперёд государственную национальную политику в Российской Федерации. На уровне руководства страны была сформулирована принципиальная особенность российской модели национальной политики как «единство многонационального государства при сохранении этнического и культурного многообразия». В целях совершенствования государственной политики в области межнациональных отношений Указом Президента РФ от 5 июня 2012 года был образован Совет при Президенте Российской Федерации по межнациональным отношениям. Данный Указ определял функции Совета как совещательного и консультативного органа при Президенте Российской Федерации, образованного в целях обеспечения взаимодействия федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, общественных объединений, научных и других организаций при рассмотрении вопросов, связанных с реализацией государственной национальной политики Российской Федерации.
В том же году, 19 декабря 2012 года, Указом Президента РФ № 1666 была утверждена Стратегия государственной национальной политики Российской Федерации на период до 2025 года.
Существенным событием в рамках реализации Стратегии стало введение в 2013 году должности заместителя руководителя субъекта по межнациональным отношениям, основными направлениями деятельности которого стали укрепление межнационального и межконфессионального согласия, предотвращение дискриминации по признакам национальной, языковой и религиозной принадлежности и другие.
Данное нововведение сыграло большую роль в предотвращении межнациональных и межконфессиональных конфликтов в силу того, что заместитель руководителя субъекта был наделен достаточными полномочиями для мониторинга межнациональных отношений в своем субъекте, имел непосредственные контакты с представителями правоохранительных органов, миграционной службы, с представителями и руководителями национально-культурных организаций, региональных СМИ и другими акторами региональной государственной политики. Если вспомнить конфликты в Кондопоге, Сагре, на Манежной площади и в других местах, а также координацию и взаимодействие всех органов государственной власти, институтов гражданского общества и правоохранительных органов, то реакция власти и разрешение подобных конфликтов после принятия Стратегии в корне отличаются от того, как разрешались ситуации раньше: это и моментальное реагирование, и реальная профилактика, и недопущение межнациональных конфликтов, и оперативное реагирование на ситуации, способные вызвать межнациональную напряженность.
Однако агрессивная международная политика коллективного Запада, вооруженный антиконституционный переворот в Киеве, провоцирование там гражданской войны и начало распада Украины и, как следствие, образование в составе Российской Федерации новых субъектов — Республики Крым и города федерального значения Севастополя в 2014 году — потребовали обновления текста Стратегии.
Наряду с экономическими санкциями, направленными на ослабление России, была развязана когнитивная война для дестабилизации ситуации в стране, началось активное распространение радикальных идей, основанных на национальной и религиозной исключительности и направленных на поддержку регионального сепаратизма, обострился миграционный вопрос.
В её новой редакции, принятой 6 декабря 2018 года, были даны определения основным понятиям, используемым в сфере реализации Стратегии, выделены приоритеты, целевые показатели и ожидаемые результаты государственной национальной политики, проведена общая оценка реализации Стратегии за первые пять лет её действия. Среди ожидаемых результатов были названы укрепление единства страны, мирное разрешение межнациональных конфликтов, сохранение языков российских народов, поддержка коренных малочисленных народов РФ, создание условий для адаптации мигрантов.
Важнейшим политическим событием, повлиявшим в том числе на систему межнациональных отношений, стало начало специальной военной операции на Украине и принятие в 2022 году в качестве новых субъектов Российской Федерации Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской и Херсонской областей.
Интеграция новых субъектов Российской Федерации с их многонациональным и многоконфессиональным составом населения в единое правовое, социально-экономическое, культурное пространство России явилась той новой и крайне сложной задачей, решение которой ещё раз продемонстрировало принципиальную правильность базовых принципов, на которых строилась государственная национальная политика России в новейший период её истории и которые получили отражение в тексте Стратегии.
За годы реализации Стратегии (2012–2025 гг.) были закреплены базовые принципы и отработаны основные механизмы поддержания гармоничных межэтнических и межрелигиозных отношений в стране, продолжилось формирование системы государственного управления сферой межнациональных отношений, расширялась деятельность национально-культурных автономий.
Наблюдался устойчивый рост внимания к сохранению этнокультурного наследия, традиций и языков народов России, получили усиленную государственную поддержку программы по защите языков коренных малочисленных народов. Количество проектов в культурно-образовательной области, ориентированных на развитие и укрепление этнического самосознания и идентичности, постоянно увеличивалось.
Совершенствовались меры по содействию социальной адаптации мигрантов: было организовано проведение курсов русского языка и культурных программ, осуществлялась профилактика межэтнических конфликтов в крупных городах и населённых пунктах с высокой концентрацией иностранных граждан — трудовых мигрантов.
Успешной реализации Стратегии способствовало создание эффективной системы органов государственной власти и управления в сфере реализации государственной национальной политики (создание Федерального агентства по делам национальностей, его территориальных органов, отвечающих за вопросы национальной политики на Кавказе, в Крыму и в новых субъектах Российской Федерации). Создание Совета при Президенте РФ по межнациональным отношениям и подобных консультативно-совещательных органов при главах субъектов РФ и в муниципалитетах способствовало повышению уровня открытости действий органов власти и управления в данной сфере, а в целом — тому, что национальная политика стала значимым сегментом публичной политики.
Как показала практика, эффективность государственной национальной политики во многом зависит от согласованности действий органов государственной власти, органов местного самоуправления и институтов гражданского общества, в том числе национально-культурных общественных организаций на местах, от прямого диалога представителей гражданского общества и власти. Национально-культурные общественные организации — неотъемлемая часть механизма реализации государственной национальной политики. Они выступают в качестве партнеров органов государственной власти и местного самоуправления, являются тем институтом гражданского общества, без которого координация взаимоотношений граждан и власти существенно затрудняется. Важнейшим результатом реализации Стратегии в этом смысле стало формирование в России этнокультурной модели гражданского общества, которая представлена вертикально-горизонтальной сетью национально-культурных и межнациональных общественных организаций, этнических советов, домов дружбы, центров национальных культур, этнических элит и пр.
Главным результатом реализации Стратегии стали общественное признание идеи российской гражданской нации и возросшая гражданская консолидация российского общества. За период реализации Стратегии в России была создана прочная доктринальная и правовая основа государственной национальной политики, сформированы федеральные и региональные институты этнополитики, сложились устойчивые формы и практики регулирования отношений между государством и этническими сообществами, которые постоянно совершенствуются с учетом новых задач и вызовов эпохи.
Таким образом, реализуемая в России модель государственной национальной политики, построенная на принципе «единство в многообразии», продемонстрировала свою эффективность.
С момента принятия Стратегии в декабре 2012 года в мире произошли глобальные политические, экономические и культурные трансформации. Изменившаяся геополитическая и внутриполитическая ситуация получила отражение в тексте принятой Указом Президента Российской Федерации от 25 ноября 2025 года № 858 Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации на период до 2036 года.
Существенные изменения, прописанные в новой Стратегии, были предопределены поправками, внесенными в ходе общероссийского голосования в Конституцию Российской Федерации и вступившими в силу 4 июля 2020 года.
В тексте новой Стратегии четко сформулирована основная цель — укрепление единства многонационального народа Российской Федерации (российской нации) и общероссийской гражданской идентичности (гражданского самосознания) при сохранении этнокультурного и языкового многообразия для обеспечения развития страны, ее государственной и территориальной целостности, внутренней политической и социальной стабильности.
Хотя в новой Стратегии современное состояние межнациональных (межэтнических) отношений в Российской Федерации характеризуется как стабильное, тем не менее существуют определенные риски их дестабилизации.
Значительная часть этих вызовов связана с деятельностью внешних акторов по дестабилизации ситуации в сфере межнациональных отношений. Деятельность иностранных СМИ представляет собой реализацию целенаправленной и скоординированной стратегии гибридной войны, нацеленной на подрыв основ суверенитета и стабильности России. Среди ключевых задач — дестабилизация внутренней обстановки через раздувание социальных проблем; разобщение общества по этническому, религиозному и ценностному признакам; дискредитация институтов власти для эрозии доверия к ним; тотальная фальсификация исторической роли России, особенно на ключевых этапах Второй мировой войны, с целью лишения её морального авторитета и легитимности на международной арене.
Отдельное измерение — это ценностная экспансия, насаждение чуждых идеологических концептов и идей (индивидуализм, радикальный секуляризм, ЛГБТ-повестка), противоречащих традиционным российским устоям и направленных на культурно-цивилизационную деконструкцию.
Атака ведётся одновременно на политическую, социальную, историческую и ценностную сферы России. Социальные сети и алгоритмы используются для таргетированного воздействия на наиболее уязвимые группы (молодёжь, меньшинства) и усиления поляризации. Среди ключевых рисков и угроз — риск эрозии суверенитета через подрыв легитимности власти и ключевых институтов; угроза стабильности через искусственную активизацию конфликтных тем (миграция, межнациональные отношения) и форсирование протестной активности; целенаправленные усилия по разрушению формирующейся общероссийской идентичности и попытки замены её локальными разрозненными групповыми интересами; риск утраты культурно-цивилизационной идентичности за счёт информационно-культурной экспансии, навязывания чуждых ценностей для разрыва межпоколенческих связей; угроза реализации сценария «цветной революции», использование отработанных медиатехнологий для мобилизации оппозиции и дестабилизации обстановки в кризисные политические моменты.
Деструктивный нарратив, формируемый для дестабилизации в национальных республиках, направлен на активную эксплуатацию таких тем, как уровень безработицы и «ограничение автономии», что способно вызвать протестные настроения, в особенности среди молодёжи.
Среди внутренних факторов, которые могут повлиять на состояние межнациональных отношений в стране в ближайшие годы, следует назвать сохранение скрытых причин межэтнической напряжённости в отдельных регионах страны, уходящих своими корнями в историю Российского государства (некоторые не до конца разрешённые в своё время межнациональные конфликты приобрели статус отложенных и протекают латентно, однако при общем изменении ситуации могут остро и трагично проявиться); негативные тенденции, связанные с целенаправленной этнической мобилизацией в некоторых регионах страны, использующей исторические обиды и языковой вопрос для радикализации части регионального общества; инструментализацию религиозной символики и практик в качестве информационных поводов для провоцирования острой социальной напряжённости как в ключевых, с точки зрения межнационального и межконфессионального баланса, регионах (Северный Кавказ, Ставрополье), так и во всей стране.
В Стратегии в качестве угрожающих национальной безопасности России обозначены такие проблемы, как попытки «отмены» русской культуры и рост русофобии в мире, попытки искажения исторической памяти и снижения роли России в мировой истории, попытки размывания традиционных духовно-нравственных и культурно-исторических ценностей народов России.
В новой Стратегии в значительной мере расширены полномочия региональных и муниципальных властей по реализации государственной национальной политики; соответственно, подчеркнута и их ответственность.
При этом уровень этнографической, этнополитической, исторической, управленческой и правовой подготовки государственных служащих, занятых в настоящий момент в сфере реализации государственной национальной политики, не везде соответствует сложности стоящих перед ними задач. В этой связи хотелось бы подчеркнуть рост потребности в специалистах, обладающих необходимыми компетенциями в данной области. Необходимо создать постоянно действующую и эффективную модель подготовки и переподготовки государственных служащих, занятых в указанной сфере. При организации обучающих мероприятий, впрочем, также следует обратить внимание на качество этнополитической подготовки руководителей этнокультурных НКО, гражданских активистов и лидеров религиозных организаций.
Проблемам нелегальной миграции в новой Стратегии уделено особое внимание ввиду участившихся попыток распространения иностранными гражданами и лицами, приобретшими гражданство Российской Федерации, идеологий терроризма, экстремизма и неонацизма, русофобских взглядов, а также радикальных идей, основанных на национальной и религиозной исключительности.
По данным Центра социально-политических исследований и информационных технологий, в последние три года отмечается создание и формирование устойчивых диаспоральных сообществ со своими автономными структурами, попытками вхождения во властные и правоохранительные органы, а также устойчивыми финансовыми и промышленными возможностями. Их активно поддерживают и финансируют соответствующие службы и ведомства стран исхода. Деятельность этих диаспоральных структур нередко конспиративна и не соответствует национальным интересам Российской Федерации. При этом речь не идет об официально зарегистрированных на территории России национально-культурных организациях иностранных государств.
Представляется также очень важным отметить положительную роль самоорганизованных структур, которые в значительной мере способствуют разрешению межнациональных конфликтов в тесном взаимодействии с правоохранительными органами, а также решению проблем, связанных с деятельностью нелегальных мигрантов. Главное, чтобы эти самоорганизованные структуры не переходили грань, за которой начинается вседозволенность и нарушение закона. Попытки приобрести свою субъектность могут только усилить межнациональную и межконфессиональную напряженность.
В условиях гибридной войны, которая ведется против России, особенно важной представляется разработка эффективных мер по улучшению информационного сопровождения реализации государственной национальной политики. Необходимо создавать или усиливать аналитические разделы официальных сайтов институтов государственной национальной политики (министерств и ведомств, отвечающих за реализацию государственной национальной политики), чтобы они показывали динамику межкультурного взаимодействия в регионе и обеспечивали всех занятых в сфере управления межнациональными отношениями на местах качественной аналитикой и необходимыми методическими рекомендациями.
История страны в целом и особенно этническая история России в последние годы все активнее используются для дискредитации идеи исторически сложившегося единства российских народов. В этой связи необходимо активизировать политику исторической памяти на региональном уровне и сделать ее органичной частью региональных моделей государственной национальной политики.
Важная роль в формировании и укреплении общероссийской гражданской идентичности принадлежит русскому народу как государствообразующему и русской культуре. Русская культурная доминанта и в официальном, и в научном дискурсе трактуется как явление цивилизационного порядка и в этом качестве выступает культурной составляющей идентичности российской полиэтнической нации и идентичностью русской многонациональной цивилизации (Русского мира). Культурная составляющая российской национальной идентичности, русская культурная доминанта, является по существу своему цивилизационной русской идентичностью. Ресурсы государственной национальной политики должны быть направлены на поддержку условий проживания, культуры, языка русского населения, включая русских, проживающих в республиках, а также в регионах Арктической зоны.
Одной из форм разрушения единства российских народов является русофобия, которая является формой культурного расизма. Борьба с любыми проявлениями русофобии, как на внешнем контуре, так и внутри страны, должна стать одной из задач государственной национальной политики.
Значение межнационального согласия, мира и взаимного уважения между народами Российской Федерации как условия обеспечения национальной безопасности и социально-экономического развития страны получило отражение в решении объявить 2026 год Годом единства народов России, принятом Президентом РФ В. В. Путиным на заседании Совета при Президенте РФ по межнациональным отношениям 5 ноября 2025 года.
