«Москов-таш» — камень московитов. Памятник на азиатском берегу Босфора в ознаменование пребывания здесь Российских войск в 1833 году.

«Москов-таш» — «камень московитов» по-турецки. Памятник, воздвигнут на Азиатском берегу Босфора, в ознаменование пребывания здесь Императорских Российских войск, прибывших туда по повелению Государя Императора вследствие просьбы турецкого султана

. Турецкая надпись на Москов-таше, сочинена самим султаном Махмудом II (1785–1839). В русском переводе она гласит:

« На сих полях были расположены войска российские. Они возвратились в свое отечество, но сей каменный колосс да сохранит память сего события и согласие обеих Империй да будет столь же прочно и твердо как он! Уста дружбы да возвестят о том векам, самым отдаленным. 1833 Июня 25»

Техника
Литография
Местонахождение
Государственный Исторический музей, Москва
Используется в материалах сайта
Сегодня и вчера …И как размер камня не был определен, то во мне возродилась мысль избрать его такой величины, какой только силы наши позволяли
Я давно располагал, и нужно было, оставить какой-либо знак пребывания нашего на Босфоре, по коему поздние потомки могли бы вспомнить о знаменитом походе нашем. Вычерчены были сперва проекты красивых, небольших монументов. Не решаясь приступить к сооружению его без разрешения графа Орлова, я просил на то позволения его. Он находил, что это могло служить неприятным воспоминанием Туркам и возбудить кичливость и неудовольствие иностранцев, и по этим причинам, или под этими предлогами, отказал мне. Не оставляя намерения своего, я представил ему, что так как перед отплытием надобно будет отслужить молебен при собрании всех войск, то находил приличным поставить, по крайней мере, необделанный камень на месте служения. Необделанный камень он позволил мне поставить, и как размер камня не был определен, то во мне возродилась мысль избрать его такой величины, какой только силы наши позволяли, имея в виду если не искусством, то хотя размерами памятника свидетельствовать потомству о намерении поставивших его. Больше я не говорил никому о тем в Беюг-дэре, и втайне принялся за работу, не испрашивая на то никакого постороннего пособия. Пущенною по лагерю подпискою собрано было более 800 рублей, добровольно пожертвованных на это сооружение…