Портрет графа Петра Александровича Валуева

Не предрешая ни одного вопроса о том, что должно и что может быть нам пригодно или к нам приноровлено, я только становлюсь вразрез сухому априористическому отрицанию, отвергающему все неисконно русское только потому, что оно неисконно русское. Я усматриваю в этом отрицании не органическую силу, а преемственное коснение. Я изучаю дела тех проповедников стародавней русской народности, которые воображают, что во времена Котошихина Русь шла своею родною столбовою дорогой, а что с тех пор, благодаря Петру I, она колобродит западными проселками. Я вижу в их делах любовь к насилию и пренебрежение ко всем законам самоограничения и уважения к ближнему. Я желаю силы, славы и благоденствия России; я вижу ее европейских соперников; я знаю, что жизнь государств есть непрерывное состязание, и я убежден, что для состязания с Европой нужны европейские средства, как для войны с нею нужно европейское оружие.