О партсобрании философского факультета МГУ

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) тов. СУСЛОВУ М.А.

11—13 февраля 1950 года состоялось партийное собрание философского факультета Московского государственного университета им. Ломоносова, на котором обсуждались решения пленума МК И МГК ВКП(б) и Московского городского партийного актива «Об ошибках тов. Попова и бюро МК И МГК ВКП(б)».

С докладом по этому вопросу выступил секретарь партбюро т. Ковалев. В прениях по докладу выступило 17 человек.

Выступившие в прениях т.т. Свердлов, Сохин, Оноцкий, Кононов, Черкасов и др. подвергли резкой критике недостатки в учебной и научной работе на факультете. В выступлениях отмечалось, что на философском факультете часто меняются учебные планы, некоторые предметы стали изучать с большим опозданием (история СССР, всеобщая история), нет программ по отдельным дисциплинам, отсутствует учебник по диалектическому и историческому материализму, допускается частая сменяемость преподавателей (например, по политэкономии сменилось 4 преподавателя), имеются серьезные недостатки в преподавании отдельных дисциплин (эстетика, логика, латинский язык).

Значительное место в прениях отводилось вопросам критики и самокритики в партийной организации факультета.

Многие товарищи (Трубицын, Шапиро, Гончарук, Быков и др.) в своих выступлениях указывали на то, что на факультете имелись факты зажима критики, воспитывалось неправильное отношение к критике и самокритике. Они подчеркивали, что партийное бюро, кафедры и деканат факультета недостаточно прислушивались к критическим замечаниям выступающих, не принимали необходимых мер к устранению крупных недостатков в работе факультета. В результате неправильного отношения к критике и самокритике имелись элементы групповщины.

Выступившие в прениях т.т. Кочетков, Кошелевский, Слуцкий пытались доказать, что на партийном собрании в марте 1949 года, посвященном обсуждению статьи в газете «Правда» «Об одной антипатриотической группе театральных критиков»3, были оклеветаны сторонники проф. Белецкого, а настоящие космополиты, по их мнению, были взяты под защиту. Но эти выступления не получили никакой поддержки на собрании.

Наибольший интерес представляют выступления заведующего кафедрой диалектического и исторического материализма МГУ т. Белецкого и декана философского факультета т. Гагарина.

Тов. Белецкий прежде всего говорит о том, что методы бюрократизма и зажима критики и самокритики, которые насаждались т. Поповым в Московской партийной организации, нашли широкое применение в работе парткома МГУ и партбюро философского факультета. Он указал на то, что в университете неблагополучно на ряде факультетов (географическом, физическом, биологическом, философском). Партком МГУ, утверждает т. Белецкий, вместо разбора вопросов по существу, оценивал положение на факультетах как борьбу групп, как склоку, стремясь вылавливать отдельных лиц. Партком МГУ, по мнению т. Белецкого, в делах философского факультета занимал линию — убрать т. Белецкого.

Останавливаясь на вопросах положения в области философии, т. Белецкий отметил, что на философском фронте разоблачено направление буржуазного объективизма, что надо разгромить это направление до конца. Между тем, говорит т. Белецкий, после философской дискуссии мы видим нечто другое: не только нет каких-либо значительных сдвигов в дальнейшем разоблачении буржуазного объективизма в философии, но имеем даже углубление буржуазно-объективистской точки зрения. (В качестве примера приводит статью тов. Александрова в журнале «Вопросы философии» о возникновении марксизма.)

Тов. Белецкий далее заявил о том, что указания ЦК ВКП(б) и философской дискуссии не реализуются, что сейчас буржуазный объективизм представляет собой целое мировоззрение, ибо оно глубоко укоренилось на философском фронте. Он подчеркивает, что идеология меньшевиствующего идеализма вошла в значительной мере в буржуазный объективизм. Наша задача, говорит т. Белецкий, состоит в том, чтобы объединиться на выполнение указаний ЦК ВКП(б) и философской дискуссии и раскрыть буржуазный объективизм по всем линиям.

Кафедра диалектического и исторического материализма МГУ, отметил т. Белецкий, вела борьбу с буржуазным объективизмом в философии, и это явилось, говорит он, причиной того, почему т.т. Александров, Кедров хотели разгромить Белецкого. Тов. Белецкий указал но то, что в Институте философии Академии наук СССР за неделю до партийного собрания в МГУ в марте 1949 г. объявили его главным космополитом в философии. На партийном же собрании философского факультета, на котором обсуждались статьи из газет «Правда» и «Культура и жизнь»6, продолжает т. Белецкий, группа работников института философии старалась ошельмовать, оклеветать его, покончить с ним и организационно. Вот в чем смысл событий, заявляет т. Белецкий, которые происходили в марте 1949 г.

Тов. Белецкий утверждал, что он никогда не зажимал критики и самокритики, что на факультете нет групповщины, а групповщина есть в Институте философии Академии наук СССР. Больше того, считает, что на партийном собрании в МГУ с марта 1949 года была попытка не дать критиковать группу т. Александрова, группу монополистов в философии. Ошибки, которые приписало партийное собрание ему, говорит т. Белецкий, надо отнести их к т. Александрову. Он критикует партийное бюро за то, что оно якобы неправильно относилось к нему, использовало непартийные методы в работе.

В заключение т. Белецкий сказал, что поскольку на философском фронте ничего не делается по борьбе с буржуазным объективизмом, то задача работников философии довести борьбу с буржуазным объективизмом до конца.

Тов. Гагарин в своем выступлении остановился на многих вопросах, затронутых т. Белецким.

Тов. Гагарин сказал, что т. Белецкий и некоторые другие товарищи хотели ошибки т. Александрова подвести под рубрику меньшевиствующего идеализма, но тов. Жданов не назвал т. Александрова меньшевиствующим идеалистом. Тов. Гагарин отметил, что т. Белецкий неправильно считает, что только он и его сторонники проводят партийную линию в философии, что нельзя всех, не согласных с ним, относить к категории подхалимов т. Александрова.

Тов. Гагарин говорил о том, что хотя т. Белецкий и имеет заслуги в области критики ошибок т. Александрова, но переоценивает свою роль в истории и совершенно не понимает смысла большевистской самокритики. Тов. Белецкий, подчеркнул т. Гагарин, хорошо может критиковать, в чужом глазу видеть пылинку, а в своем и бревна не замечать. Необходимо понять т. Белецкому, говорил т. Гагарин, что никто не имеет права претендовать на генеральную линию в философии, кроме ЦК партии.

В выступлении т. Гагарина много говорилось о недостатках в практической работе кафедры диалектического и исторического материализма, возглавляемой т. Белецким: кафедра работает неудовлетворительно, на кафедре нет программ, руководитель кафедры не ведет лекционного курса, учебник по историческому материализму не написан, в работе с аспирантами самотек. Министерство высшего образования СССР разделило кафедру диамата на две, но «оруженосцы» т. Белецкого, говорит т. Гагарин, стали писать и звонить во все инстанции и раздел кафедры прекратили. Тов. Гагарин подверг резкой критике утверждение т. Белецкого о том, что «хорошо, что имеется много разногласий», и заявил, что это только на руку нашим врагам, поскольку вместо разоблачения реакционной буржуазной философии мы все силы тратим на споры.

Тов. Гагарин резко также критиковал работу кафедры истории русской философии, возглавляемой тов. Щипановым, указал на то, что кафедра прошла мимо ошибок т. Иовчука, который был членом кафедры, отметил серьезные недостатки в работе кафедры зарубежной философии.

В заключение т. Гагарин сказал, что наша задача не решать проблему т. Белецкого, а заниматься действительными задачами, стоящими перед факультетом.

После т. Гагарина выступила студентка второго курса т. Горбачева. Выступление Горбачевой, направленное в защиту т. Белецкого, и по форме и по содержанию было совершенно недопустимым. Она заявила о том, что партком МГУ и партбюро факультета встали на путь антипартийной критики, сказала, что ни в каком буржуазном парламенте не может быть того, что происходило на партийном собрании в марте 1949 года, демагогически обвиняла всех коммунистов, сравнивала партбюро факультета с каким-то III имперским отделением.

Это антипартийное выступление вызвало законное возмущение коммунистов. Партийное собрание осудило выступление Горбачевой как совершенно недостойное и предложило партбюро факультета привлечь Горбачеву к партийной ответственности.

Следует отметить, что крупным недостатком партийного собрания факультета является слабая критика работы партийного бюро факультета и состояния политико-воспитательной работы среди студентов.

Партийное собрание приняло постановление, в котором одобрило решение пленума МК и МГК ВКП(б) и Московского городского партийного актива и наметило практические мероприятия по улучшению работы партийно-политической и учебной работы на факультете.

Зам. зав. сектором Отдела пропаганды и агитации ЦК ВКП(б)

С. СДОБНОВ