Умирает Кропоткин

"23 января, - рассказывал Н.А. Семашко, - я получил письмо от Петра Алексеевича, где он пишет, что настолько уже оправился, что может заняться корреспонденцией. В этом же письме между прочим проглядывает чрезвычайная деликатность Петра Алексеевича, характеризующая всю его натуру: «Меня огорчает, что людям, столь занятым и заваленным работой, пришлось пожертвовать драгоценным для них временем и, быть может, отдыхом»" ("Известия", № 23 (1171), 9 февраля 1921 г.). 

Однако здоровье Петра Алексеевича улучшилось ненадолго. Силы стали покидать его, хотя он все еще старался держаться бодро, улыбался, шутил. Сестра, ухаживавшая за ним, вспоминала, что, уходя на время, оставила ему как-то звоночек, чтобы он мог, не затрудняясь, позвать близких. Вернувшись, она спросила, пользовался ли он им. "Нет, конечно, - отвечал он, - ведь я анархист, а звонок - проявление власти" (Е. Линд. Последние дни П.А. Кропоткина. - Сб. "Памяти Петра Алексеевича Кропоткина", стр. 109).

Через несколько дней положение резко изменилось к худшему. Петр Алексеевич перестал разговаривать, улыбаться и на вопрос: "Что он чувствует?" - отвечал: "Полное равнодушие". Это и был конец. Умер он в полном сознании 8 февраля 1921 г.