Арест Льва Гумилева

Лев Гумилев писал: "Внешний повод для ареста дал я сам". Этому дню предшествовали события, обычные для студенческой жизни, - в здании филологического факультета ЛГУ студентам-историкам читал лекцию профессор кафедры истории русской литературы Л. В. Пумпянский. На лекции произошел инцидент, впоследствии описанный самим Л. Н. Гумилевым: "Лектор стал потешаться над стихотворениями и личностью моего отца. "Поэт писал про Абиссинию, - восклицал он, - а сам не был дальше Алжира… Вот он - пример отечественного Тартарена!" Не выдержав, я крикнул профессору с места: "Нет, он был не в Алжире, а в Абиссинии!" Пумпянский снисходительно парировал мою реплику: "Кому лучше знать - вам или мне?" Я ответил: "Конечно, мне". В аудитории около двухсот студентов засмеялись. В отличие от Пумпянского, многие из них знали, что я - сын Гумилева. Все на меня оборачивались и понимали, что мне, действительно, лучше знать. Пумпянский сразу же после звонка побежал жаловаться на меня в деканат. Видимо, он жаловался и дальше. Во всяком случае, первый же допрос во внутренней тюрьме НКВД на Шпалерной следователь Бархударян начал с того, что стал читать мне бумагу, в которой во всех подробностях сообщалось об инциденте, произошедшем на лекции Пумпянского…".

---

Из материалов следствия:
Гумилев Лев Николаевич - 1912 г. р., уроженец г. Пушкина Ленинградской области, гр-н СССР, русский, из дворян, б/п, холост, до ареста - студент ЛГУ, проживал: Фонтанка, д. 149, кв. 14.
Отец: Гумилев Н. С., поэт, в 1921 г. расстрелян как участник Таганцевского заговора.
В 1935 г. исключался из ЛГУ "как лицо, имеющее дворянское происхождение" и как сын осужденного "за контрреволюционную деятельность".

Из университетской характеристики: "Л. Гумилев за время пребывания на истфаке из числа студентов исключался, и после восстановления часто акад[емическая] группа требовала его повторного исключения. Гумилев как студент успевал только по специальным дисциплинам, получал двойки по общественно-политическим дисциплинам (ленинизм) вовсе не потому, что ему трудно учиться по этим дисциплинам, а он относился к ним, как к принудительному ассортименту, к обязанностям, которых он не желает выполнять. Во время избирательной кампании в их группе делался доклад о биографии тов. Литвинова, Гумилев вел себя вызывающе, подсмеивался, подавал реплики, вообще отличался крайней недисциплинированностью".