Слово «бегоуль» ранее XV в. упоминается только в жалованной грамоте ярославского князя Василия Давыдовича Спасо-Ярославскому монастырю (1320-е гг.): «…что людей святаго Спаса в городе и в селах, урекл им на год два рубля давати, а не надобе им никоторая дань, ни ям, ни подвода, ни тамга, ни возмничее, ни бобровое, ни стану не чинят в селах спаских, ни дворскаго не емлют, ни иного ничего ни емлют, ни становщик не въездит, ни о чем же, ни бегоули мои не имают людей спаских в сторожу, ни в корму»1. Оценивается как тюркизм. Судя по упоминаниям «бегоулей» в XV–XVI вв., так именовались лица из местного населения, выполнявшие роль низших налоговых агентов2. Ордынское происхождение термина может быть связано как с дедом Василия Давыдовича, Федором Ростиславичем Черным († 1299 г.), тесно сотрудничавшим с Ордой (грамота выдана Василием «по деда своего грамоте», т. е. она повторяла документ, выданный Федором), так и отмеченным в родословных книгах обстоятельством, что сам Василий Давыдович «служил в Орде»3.
