«Закупами» именовалась категория лично зависимого населения. О них имеется комплекс статей в Пространной редакции Русской Правды (в историографии его принято называть «Уставом о закупах»); в других источниках термин не встречается.
Ст. 56: «Аже закупъ бежить. Аже закупъ бѣжить от господы, то обель; идеть ли искать кунъ, а явлено ходить, или ко князю или къ судиямъ бѣжить обиды дѣля своего господина, то про то не робять его, но дати емоу правдоу»1.
Закуп, бежавший от господина, становится «обельным» (полным) холопом (т. е. положение закупа мыслится как нечто среднее между свободой и рабством), но может обращаться к княжескому суду с жалобой на господина. Из статьи также следует, что закупы могли искать денег на стороне, вне отношений с господином, и закон это разрешает.
Ст. 57: «О закупѣ же. Аже ли оу господина ролеиныи закупъ, а погубить воискии конь, то не платити ему; но оже далъ ему господинъ плугъ и борону, от него же купу емлеть, то то погубивше платити; аже ли господинъ его отслеть на свое орудье, а погибнеть без него, то того ему не платити»2.
В этой статье несколько спорных моментов. Во-первых, есть две точки зрения на то, что такое «воискии конь»: 1) речь идет о «воинском» коне3. При такой трактовке надо полагать, что закупы могли участвовать в военных действиях. Между тем, закуп в статье прямо назван «ролейным», т. е. пахотным; вряд ли, если закупы участвовали в военных действиях, это делали только закупы-пахари, а те, кто не работал на пашне, к походам не привлекались (скорее можно было бы допустить обратное). Поэтому вероятнее представляется другая версия: «воискии» значит «своискии», т. е. конь, принадлежащий закупу4. В случае его гибели господин вынужден был дать закупу своего коня, чтобы тот мог продолжать работать на него на пашне, и господа могли требовать в таком случае с закупов денежного возмещения. Закон оговаривает, что закуп в случае гибели своего коня ничем господину не обязан.
Вторая норма статьи устанавливает, что закуп обязан возместить ущерб, если пропали или пришли в негодность плуг или борона, данные ему господином. Здесь не вполне ясна оговорка «от него же купу емлеть». Купа, по мнению большинства исследователей, это денежная ссуда, которую закуп получал от господина при поступлении в зависимость (это основано на этимологическом сходстве слов купа и закуп, предполагается, что «закуп» — «работающий за купу»)5. Но указание, что плуг и борону закуп получил от того же господина, у которого взял ранее купу, выглядит не вполне оправданно: ясно, что другого здесь быть не могло6. Поэтому существует другая точка зрения: «купа» здесь — выплата, которую берет господин с закупа за пользование принадлежащими ему плугом и бороной7.
Третья норма статьи оговаривает отсутствие ответственности закупа в случае, если плуг или борона были украдены в то время, когда за- куп был отослан господином по какому-то делу.
Ст. 58: «О закупѣ же. Аже изъ хлѣва выведуть, то закупу того не платити; но оже погубить на поли и въ дворъ не вженеть и не затворить, кдѣ ему гоподинъ велить, или орудья своя дѣя, а того погубить, то то емоу платити»8.
В этой статье речь идет о закупе, работающем на господском рабочем скоте. Закуп не несет ответственность, если конь или вол был выведен из господского хлева, и обязан возместить ущерб, если животное погибло на поле во время работы или не было загнано закупом после работы в господский двор. Виноватым закуп считается и в случае, если рабочий скот погиб, когда закуп работал на нем на себя («орудья своя дѣя»).
Ст. 59: «Аже господинъ переобидить закупа, а оувидить купу его или отарицю, то то ему все воротити, а за обиду платити ему 60 кунъ»9.
В статье неясно чтение «оувидить», вероятно, искаженное. Речь идет о нанесении некоего вреда «купе» и «отарице» закупа. Под «купой» большинство комментаторов понимает сумму, из-за взятия которой за- куп попал в зависимость; в этом случае речь идет об увеличении размеров той суммы, которую закуп обязан вернуть10. «Отарица» — неясный термин. По одной версии, это участок земли, принадлежащий закупу11; тогда статья оговаривает его неприкосновенность. По другой точке зрения, «отарица» — личный скот закупа12; в этом случае закон оговаривает неправомерность посягательств на него со стороны господина.
Ст. 60: «Паки ли приметь на немь кунъ, то опять ему воротити куны, что будеть принялъ, а за обиду платити ему 3 гривны продажи»13.
Куны, которые отберет господин у закупа, это не купа, так как о той говорится в предыдущей статье. Возможно, речь идет об отнимании господином денег, которые закуп сумел добыть на стороне, в результате того, что сходил, согласно ст. 56, «искать кун».
Ст. 61: «Продасть ли господинъ закупа обель, то наимиту свобода во всѣхъ кунахъ, а господину за обиду платити 12 гривенъ продажѣ»14.
Продажа закупа в холопы наказывается освобождением его от всех обязательств перед господином, последний должен заплатить также за это деяние высокий штраф — 12 гривен. Закуп назван «наимитом», от «нам» — проценты с долга15. Отсюда ясно, что отрабатывал закуп не саму долговую сумму, а проценты с нее, а саму «купу» должен был вернуть, найдя на нее деньги каким-то иным способом.
Ст. 62: «Аже господинъ бьеть закупа про дѣло, то без вины есть; биеть ли не смысля пьянъ, а без вины, то яко же въ свободнѣмь платежь, тако же и в закупѣ»16.
Статья, с одной стороны, приравнивает закупа в правах к свободному человеку, с другой — позволяется бить за дело; на практике, разумеется, отделить «битье за дело» от неоправданного насилия было сложно17.
Ст. 64: «О закупѣ. Аже закупъ выведеть что, то господинъ в немь; но оже кдѣ и налѣзуть, то преди заплатить господинъ его конь или что будеть ино взялъ, ему холопъ обелныи; и паки ли господинъ не хотѣти начнеть платити за нь, а продасть и, отдасть же переди или за конь, или за волъ, или за товаръ, что будеть чюжего взялъ, а прокъ ему самому взяти собѣ»18.
Совершение кражи делало закупа полным холопом; господин был волен оставить его себе, возместив ущерб пострадавшему, или продать и возместить ущерб полученной от продажи суммой.
Ст. 66: «О послушьствѣ. А послушьства на холопа не складають, но оже не будеть свободнаго, то по нужи сложити на боярьска тивуна, а на инѣхъ не складывати. А въ малѣ тяжѣ по нужи възложити на закупа»19.
Закуп мог выступать в суде свидетелем, но только при отсутствии свободного человека и в малозначительных делах.
Таким образом, закуп Пространной Правды (начало XII в.) — человек, поступивший в зависимость в результате взятия ссуды в долг. Отрабатывал он проценты с долга, а саму сумму должен был изыскать и вернуть, чтобы выкупиться из зависимости. Из Пространной редакции Русской Правды следует, что закуп мог иметь своего коня, а мог работать на господском; мог иметь свои земледельческие орудия, а мог пользоваться господскими; мог иметь свой участок земли. Из этого следует, что закупами становились люди, лишившиеся какого-то элемента земледельческого хозяйства: рабочего скота, орудий труда, земельного участка. Вероятно, «купа», которую получал закуп, и могла состоять в возмещении господином этого недостающего элемента.
По мнению В. А. Кучкина, закупы входили в десятичную систему, возглавляемую князем20. Данной точке зрения противоречит то обстоятельство, что в Пространной Правде господином закупа выступает лицо явно некняжеского статуса. Князь упоминается только как верховный судья, к которому может апеллировать закуп, ища защиты от господина.
Литература: Правда Русская. Т. 2: Комментарии. М.; Л., 1947; Свердлов М. Б. Генезис и структура феодального общества в Древней Руси. Л., 1983; Он же. Домонгольская Русь: Князь и княжеская власть на Руси VI — первой трети XIII вв. СПб., 2003; Кучкин В. А. Сотские и десятские Древней Руси // Горский А. А., Кучкин В. А., Лукин П. В., Стефанович П. С. Древняя Русь: очерки политического и социального строя. М., 2008.
